Мать мужа плакала в трубку третий час подряд, а я смотрела на жестяную коробку из-под датского печенья и считала. Триста сорок тысяч рублей. Три года жизни на гречке и куриных спинках. Три года латания зимнего пальто и мечты об одиннадцатиметровой кухне в новостройке на окраине. — Лена, ну скажи ей хоть что-нибудь, — Сергей протянул мне телефон дрожащей рукой. — Мама же волнуется. Я молча закрыла крышку коробки. Металл щёлкнул — плотно, окончательно. Как захлопывается дверь, за которой остаются все твои планы...