Галина Петровна всегда считала свою «двушку» в Химках не просто недвижимостью, а продолжением собственного тела. Каждая трещинка на потолке была ей знакома, каждый скрип паркетной доски в коридоре — предсказуем. Эта квартира была ее крепостью, тихой гаванью, которую она выстраивала десятилетиями после смерти мужа. Здесь пахло уютной старостью: сушеной мятой, лавандой от моли и ванильным сахаром. Но крепость пала в один дождливый октябрьский вечер. Когда ключ в замке повернулся дважды, Галина Петровна, вытирая руки о передник, вышла в прихожую с привычной улыбкой...

Лавка «На обрыве» стояла там, где твёрдый асфальт городских улиц сдавался под натиском бугристой грунтовки, а та, в свою очередь, обрывалась в крутой спуск к реке. Не дом, не магазин – нечто промежуточное, словно сарай, который когда-то мечтал стать часовней, да передумал и осел на склоне, покосившись на воду. Стены из потемневшего от времени бруса, крыша, поросшая мхом у самого карниза. На двери – ни вывески, ни звонка, только массивная железная скоба вместо ручки. Сама скоба блестела, натёртая множеством ладоней...