Михаил положил вилку на край тарелки, аккуратно, как будто она могла разбиться, и сказал: — Света, я хочу пожить отдельно. На плите остывала сковорода с грибами. Я как раз собиралась спросить, добавить ли ему сметаны, и так и осталась стоять с ложкой в руке. Тридцать один год я готовилась к этому разговору. Не то чтобы ждала его, просто какая-то часть меня всегда знала, что однажды он начнётся. Я представляла, как буду кричать, как позвоню сыну, как соберу его рубашки в пакет. Но вместо этого я поставила ложку в банку со сметаной и спокойно ответила: — Хорошо...