Месяц я подтверждала каждый заказ, пока муж просил «не впутывать маму». Но в жалобе свекрови была одна деталь, которой не оказалось ни в одном моём чеке. Уведомление пришло в девять семнадцать утра, когда я раскладывала на раскройном столе серо-зелёный лён. Телефон коротко завибрировал возле ножниц. Я машинально посмотрела на экран и сначала решила, что это очередное сообщение из «Моего налога». За два года я привыкла: сформировала чек, отправила клиенту, налог начислился, потом списался. Никакой драмы...

Андрей был уверен, что один анализ навсегда закроет разговор о нашем сыне. Он ещё не знал, что результаты заставят его вспомнить решение, которое он сам принял шесть лет назад. – Сделай тест, если тебе действительно нечего скрывать, – произнесла Галина Петровна и неторопливо положила вилку рядом с тарелкой. – Я не понимаю, почему честную женщину вообще должно оскорблять такое предложение. Получишь результат, покажешь Андрею, и мы наконец перестанем ходить вокруг одной и той же темы. За столом сразу стало неловко...