Пожилые мужчины в клинику приходят иначе, чем все остальные. Молодые входят с тревогой и телефоном: “я почитал в интернете, там пишут…” Женщины чаще заходят с заботой: “он вчера был не такой, посмотрите, пожалуйста”. А пожилой мужчина обычно входит тихо. Как будто извиняется, что у него вообще есть проблема. И если он говорит лишнее — значит, дома уже некому слушать. Он пришёл в конце дня. Не в суете, не “срочно”, не с криком. Просто открыл дверь, аккуратно снял шапку, стряхнул снег с плеча и остановился на пороге — как человек, который забыл, можно ли ему сюда...

Кухня была залита стерильным утренним светом, который обычно предвещает начало чего-то чистого и ясного. Но для Анны этот свет был сродни операционному — он лишь ярче подсвечивал каждую пылинку, каждый развод на полированной столешнице и её собственное нарастающее чувство неполноценности. Она стояла у плиты, помешивая наваристый бульон. Сегодня был особенный день — их пятая годовщина свадьбы. Анна встала в шесть утра, чтобы успеть приготовить обед, который, как она надеялась, наконец-то заставит Вадима улыбнуться той самой открытой, искренней улыбкой из их первого лета...