Глеб стоял на пороге с дорожной сумкой, и первое, что я заметила – ворот рубашки отставал от шеи на полтора пальца. Похудел. За полгода, которые длился его побег к двадцатипятилетней секретарше из проектного бюро, муж потерял килограммов десять и ту уверенность в плечах, которая раньше заполняла весь дверной проём. – Лара, – сказал он. Не «прости». Не «я вернулся». Просто имя – будто пробовал на вкус, помнит ли, как произносится. Я стояла в дверях и делала то, что умею лучше всего – оценивала. Двадцать лет в аукционном доме приучили: не хватай, рассмотри...