Ольга стояла посреди маминой квартиры и смотрела на мужа, который в очередной раз размахивал руками, расхаживая по комнате. Его лицо покраснело от гнева, а голос становился все громче. - Продавай эту дыру немедленно! – выкрикнул Дмитрий, ткнув пальцем в потрескавшуюся стену. - Сколько можно тянуть? Полгода уже прошло с похорон. Квартира в центре стоит бешеных денег. а ты цепляешься за эти ободранные обои, как за спасательный круг. - Это память о маме, – тихо ответила Ольга, сжимая в руках старую фотографию...

— Леночка, ну что ты опять пережарила! — голос Киры Валерьевны разнесся по всей квартире еще до того, как Лена успела включить свет в кухне. — Яичница же не резиновая должна быть, а нежная, понимаешь? Седьмое января. Рождество. Лена Строева стояла у плиты в собственной квартире и чувствовала, как сжимаются кулаки. Она купила эту двушку три года назад, когда работала еще в другом магазине и экономила на всем. Каждый квадратный метр был ее гордостью. А сейчас спала на раскладушке здесь же, на кухне, потому что свекровь заняла супружескую спальню...