За четыре месяца после смерти мужа Алевтина сделала шестьсот восемнадцать фотографий. Она знала точное число, потому что однажды вечером пересчитала файлы на компьютере. На снимках были Серёжины очки в тонкой металлической оправе, его книги с закладками, коричневая керамическая чашка с надписью «Главному сочинителю». Даже старый свитер, который он надевал по выходным, Алевтина фотографировала несколько раз, меняя освещение. А вот её самой нигде не было. Алевтине Викторовне исполнилось пятьдесят восемь...

«Я потом посмотрю на себя и пойму, что уже не такая, как раньше». Оксана фотографировала других людей почти каждый день. Когда дочь просила повернуть камеру в её сторону, у Оксаны находилось срочное дело. Ей сорок шесть. В рабочем архиве хранились тысячи снимков, а на последней семейной фотографии была видна только её рука с тарелкой. На ремне её камеры потрескалась искусственная кожа. Оксана собиралась заменить его ещё в феврале, но каждый раз покупала что-нибудь нужнее: карту памяти, запасной аккумулятор, насадку на вспышку...