— Артур, ну что за вид? Почему ты так реагируешь? — с досадой в голосе спросила Таня, заметив, как сын буквально съежился. Она всего лишь сообщила, что они с отцом задержатся на работе, поэтому присмотр за ним доверен бабушке. Н подобная сцена повторялась не впервые: новость о визите Светланы Михайловны вызывала у мальчика глухое сопротивление. Хотя, казалось бы, в свои восемь лет Артур был вполне самостоятельным парнем, и Таня без страха оставляла его одного, зная, что квартира не будет сожжена или затоплена...

Завтрак в доме Лидии Михайловны всегда напоминал театральную постановку, где каждый жест был выверен, а звон чайной ложечки о край тончайшего костяного фарфора звучал как смертный приговор. Анна сидела на самом краю антикварного стула, боясь даже дыхнуть. На ней было простое, но элегантное платье, которое она выбирала три часа, но под ледяным взглядом будущей свекрови оно внезапно показалось ей дешевой тряпкой с деревенского рынка. — Ты знаешь, деточка, — Лидия Михайловна изящно отломила кусочек круассана, — в нашем роду всегда ценилась...