В июне, когда Лера, обливаясь потом в тесной примерочной свадебного салона на Кузнецком, вдруг поймала в зеркале свое отражение она не узнала себя. Из зеркала на нее смотрела худая шатенка с огромными, как блюдца, глазами, в которых плескался не восторг, а загнанная вглубь паника. Платье было тяжелым, с жестким корсетом, который впивался в ребра, и многослойной юбкой, шуршащей при каждом движении, словно потревоженная змея. – Ну что, Лерусь, берем? – мама всплеснула руками. – Красавица! Павлик ахнет...

Вечер пятницы начинался идеально. Марина перевернула на сковороде золотистые сырники, и по кухне поплыл сладкий ванильный аромат. Сын-первоклассник Тёмка возился в комнате с конструктором, а из прихожей уже доносился шум — Денис вернулся с работы. Марина улыбнулась. Они с Денисом были в браке восемь лет. Жили дружно, накопили на первый взнос, взяли двухкомнатную квартиру в ипотеку. Да, приходилось экономить, но они четко знали, ради чего: через три года планировали выплатить долг банку полностью и наконец-то выдохнуть...