– Оленька, ты край-то не обрезай, люблю поджаристую корочку, – Валентина Ивановна поправила указательным пальцем съехавшие на переносицу очки в тяжелой роговой оправе. Она пододвинула ко мне десертную тарелочку с выцветшей перламутровой глазурью и потертой золотой каемкой. Под ногтями у нее, несмотря на тщательное мытье, въелась темная полоска земли, с утра она возилась с рассадой перцев на балконе. Пахло от нее привычно: сердечными каплями, хозяйственным мылом и чем-то неуловимо-пыльным, стариковским...

— Так, смотри. У тебя было триста грамм пасты, это примерно шестьсот калорий, плюс бокал вина — ещё сто двадцать. У меня стейк, это восемьсот, и пиво — двести. Получается, я съел почти в полтора раза больше по калорийности, но по деньгам мой стейк дороже. Давай честно разделим — не пополам, а пропорционально тому, кто сколько употребил. Я молча смотрела, как он тыкает пальцем в экран телефона, где уже был открыт калькулятор. — Ты серьёзно сейчас это считаешь? — А что тут такого? Это же логично. Мне...