Настенные ходики с тяжелой гирей стучали размеренно, отсчитывая субботний полдень. Любовь Сергеевна поправила шерстяную шаль на спинке дивана и разгладила клеенку на кухонном столе. В двухкомнатной квартире на четвертом этаже панельной хрущевки царил тот особенный покой, который зарабатывается десятилетиями честного фабричного стажа. Тридцать два года на ткацком комбинате, профсоюзная путевка раз в пятилетку, выплаченный без задержек кооператив. Муж ее, Геннадий, всю жизнь проработавший бригадиром на водоканале, сидел на табурете и скрупулезно зачищал мелкой шкуркой ручку нового молотка...