— Влезешь, если что? — Если подсадишь, — ответил Лёша, упираясь в подоконник и глядя вверх на замок чужой двери. Марина ковыряла найденной отвёрткой в щели замка с такой сосредоточенностью, будто штопала редкое платье. Ей было восемнадцать — лицо уже не совсем девичье, руки привыкли к мелкой работе и к мелким хитростям. Под окном её брат лениво примеривал ладонью карниз, считая, на что опереться при подъёме. Возле подъезда в полутемном свете стояла Оксана — крупная и грубоватая женщина, с манерами, которые всегда казались начальственными...