— Ты врал мне, что едешь к детям, а сам умолял бывшую принять тебя обратно! Я видела твою переписку! Так вот, сюрприз: она тебя послала, и я тебя посылаю! Теперь ты бездомный и никому не нужный! Собирай чемодан и иди на улицу! — кричала жена на мужа, чеканя каждое слово с ледяной, беспощадной четкостью. Алексей застыл на пороге, так и не успев снять второй ботинок. Его рука, потянувшаяся к крючку для верхней одежды, зависла в воздухе. Буквально секунду назад он переступил порог квартиры с расслабленной,...

Каждый раз, когда входная дверь скрипела, у Галины Николаевны внутри всё сжималось от предчувствия затяжного, изматывающего противостояния. Но в тот четверг скрипа не было. Был уверенный, сухой стук каблуков по линолеуму коридора, который сразу расставил всё по своим местам. Полина, её невестка, даже не успела выйти навстречу — она сидела в комнате с горой детских вещей, которые нужно было рассортировать к осени. — Ну, здравствуй, дорогая, — Антонина Васильевна вошла без приглашения, не снимая плотного осеннего плаща глубокого бордового цвета...