Сказать, что Борис разозлился — значит, не сказать ничего. Он вскипел, и я испугалась даже, как полыхнул гневом его взгляд. Господи, я подумала, что он сейчас понесётся вытряхивать душу из своей адвокатши, но он лишь вцепился в столешницу руками до побеления пальцев и стиснул зубы. — Лиза, значит… — он выдохнул. — Тогда я знаю, почему и зачем она могла бы это делать и почему вообще связалась с твоим мужем. Надо же, я-то думал, почему ей так в суде везёт, неужели настолько талантлива, и я отхватил бриллиант?...