Когда-то я обещала рассказать вам после этого рассказа удивительную историю из детства. Теперь, наконец, пришло время. Я проснулась от собственного громкого крика. Несколько секунд не могла понять, где нахожусь. Комната была тёмной, за окном шёл дождь, на тумбочке тускло мерцал красный огонёк зарядки. Рядом на кровати сидел муж. — Тише, тише, — сказал он. — Ты дома. Я провела ладонью по лицу, чувствуя, как сердце колотится, словно я только что бежала. — Я кричала? — спросила я. — Очень, — ответил он...

В тот год обильно зацвела антоновка у забора. Дерево старое, корявое, отец его сажал еще до моего рождения, все ствол белил известью, пока силы были. Я тогда как раз стояла у рукомойника, терла пальцы куском серой пемзы от въевшейся земли, когда поняла, что все, осталась я круглой сиротой на всем белом свете. Хотя Валерка, брат мой родной, был живее всех живых. Носил пиджаки из плотной итальянской шерсти, пах каким-то терпким, тяжелым одеколоном, от которого у меня в носу чесалось. И обедал там, где за тарелку супа отдают мою месячную зарплату почтальона...