В советском сознании автомобиль всегда был больше, чем средство передвижения. В 80-е годы прошлого века эта истина приобрела совершенно особое, гипертрофированное звучание. В эпоху тотального дефицита и «развитого социализма» машина превратилась в объект вожделения, статусный артефакт и, что самое удивительное, — в объект инвестиций, где ржавый, битый кузов порой ценился выше, чем новенький «с иголочки» агрегат, только что сошедший с конвейера. Эта парадоксальная логика «старше — значит дороже» ломала...