В июне, когда Лера, обливаясь потом в тесной примерочной свадебного салона на Кузнецком, вдруг поймала в зеркале свое отражение она не узнала себя. Из зеркала на нее смотрела худая шатенка с огромными, как блюдца, глазами, в которых плескался не восторг, а загнанная вглубь паника. Платье было тяжелым, с жестким корсетом, который впивался в ребра, и многослойной юбкой, шуршащей при каждом движении, словно потревоженная змея. – Ну что, Лерусь, берем? – мама всплеснула руками. – Красавица! Павлик ахнет...

Юля стояла у панорамного окна гостиной и смотрела на вечерний город. Полгода назад она переступила порог этой квартиры уже не как гостья, а как законная хозяйка, жена. Мысль о том, что это действительно происходит с ней, до сих пор вызывала легкое головокружение. Прошло всего шесть месяцев, а казалось, что пронеслась целая вечность и в то же время – всего один миг. Юля никогда не была избалована, росла в казенных стенах детского дома. Выжить, не пропасть, найти своё место – вот что было её главной задачей...