— Я же просил по-русски: берите усиленный стоечный профиль, здесь глухая перегородка встанет до самого потолка! — голос Вадима разносился по лестничной клетке так гулко, будто он руководил разгрузкой эшелона. Тяжёлая металлическая дверь нашей квартиры была распахнута настежь. Створку удерживала старая отцовская кувалда — три килограмма литого чугуна на берёзовой рукояти, обмотанной потускневшей синей изолентой. Я остановилась на площадке пятого этажа с тяжёлым пакетом, в котором лежали кефир, батон и связка зелёного лука...