Есть в центре Москвы место, которое за сто лет сменило облик трижды. Сначала здесь стоял огромный храм. Потом на его месте была стройка, которая так и не закончилась. Потом плескался открытый бассейн, самый большой в стране, куда ходили купаться даже зимой. А теперь снова стоит храм, почти неотличимый от первого. Это Волхонка, у самой Москвы-реки, в двух шагах от Кремля. И история этого пятачка земли, пожалуй, вся советская история в миниатюре: что построили, что сломали, о чём потом жалели. Первый Храм Христа Спасителя заложили в память о победе над Наполеоном...

Когда на улице минус 30, ветер пронизывает до костей, а снег заваливает даже лесные тропы, большинство строек замирают. Но не деревянные храмы. Именно в эту пору — в глухом холоде, в тишине заснеженных полей — плотники нашей Артели выходят на рубку сруба.   Парадокс? Нет. Это — закон природы и традиции. Зима — время, когда дерево становится готовым. В деревянном зодчестве есть неписаное правило: рубить сруб можно только с ноября по март. Не потому, что летом некогда, а потому что дерево зимой — другое...