Главной целью нашего переезда три с лишним года назад было оформление сына в интернат. По прошествии этого времени я понимаю, что сделать это было гораздо проще еще тогда. Проще с моральной точки зрения. Чем старше становится сын, чем больше он начинает говорить, общаться, развиваться, тем больше у него привязанность и ко мне, и к брату с сестрой. Три года назад его мало интересовало и я, и окружение в целом, и его адаптация в интернате, скорее всего, прошла бы менее болезненно. Но это мое мнение сейчас...

– Или он уходит, или я, – Марат стоял в дверях кухни, руки в карманах, и смотрел на меня так, будто делал одолжение. На стуле за моей спиной сидел Матвей. Восемь лет. Мой сын. Он жевал хлеб с маслом и не поднимал глаз. Я промолчала. Вытерла руки о полотенце и сказала: – Садись ужинать. Марат фыркнул, но сел. Матвей доел молча и ушёл к себе. Тихо, на цыпочках – как привык за последний год. Два года назад, когда Марат появился в нашей жизни, всё было иначе. Он приносил Матвею конструкторы, учил кататься на велосипеде, называл «мужичком»...