– Двадцать три сорок, четверо ворот, датчик молчит, проверено вручную, – прочитал Глеб Аркадьевич и поднял голову. – Наум Яковлевич, вы это серьёзно писали? В кабинете пахло свежей краской. Стены перекрасили за выходные, и запах ещё держался, тяжёлый, химический, так что у Наума Яковлевича с утра ломило виски. Он сидел с краю длинного стола, между кладовщиком Витьком и водителем. Журнал обходов лежал перед новым управляющим раскрытый, и тот листал его двумя пальцами, будто боялся испачкаться. – Серьёзно, – сказал Наум Яковлевич...