– Ты хоть понимаешь, что делаешь, Людка? – Валерий стоял в дверном проёме, упёршись ладонью в косяк, и смотрел на жену так, будто она не чемоданы собирала, а дом поджигала. Людмила не ответила. Молча складывала вещи в старую клетчатую сумку – из тех, что на рынках продают за копейки, а они потом переживают и хозяев, и квартиры, и целые жизни. Блузки, юбки, какие-то кофточки – всё летело внутрь без разбора, комом, лишь бы скорее. – Людмила, я с тобой разговариваю. – А я – нет, – она наконец подняла глаза...