Машину я купила в марте. Серебристая Toyota Corolla, пять лет от выпуска, с небольшим вмятым крылом, которое прежний владелец так и не удосужился выправить. Стоила она все мои накопления трёх лет плюс кредит на четыре года. Но последний платёж я внесла в феврале — и с того дня машина стала полностью, до последнего рубля, моей. Я помню, как забирала её из салона. Мартовский ветер, серое небо, руки мёрзли на руле, пока не прогрелся салон. Но внутри всё было горячо от какого-то детского, безмолвного торжества...