— Мать прилетает пятнадцатого, — голос Дениса прозвучал глухо, почти неразборчиво из-за шума вытяжки. Вера как раз счищала остатки гречневой каши со дна кастрюли, и струя ледяной воды обжигала пальцы. Она замерла. Пятнадцатое. Через восемь дней. Она не обернулась, продолжая тереть металлической губкой присохшую крупу, чувствуя, как мелко начинает дрожать коленка. — Денис, нам надо обсудить это, — произнесла она, выключая воду и наконец поворачиваясь. Он стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, и лениво прокручивал в пальцах зарядный шнур от ноутбука...