— Ты хоть соображаешь, что эта девка вытрет о тебя ноги и выбросит на помойку?! — визжала в трубку мать, так что мне пришлось отодвинуть телефон от уха. Я стоял посреди полупустой съемной однушки, слушая, как на том конце провода разрывается от ярости родная мать. Рядом молча стояла Полина, аккуратно складывая в стопку наши немногие вещи. Её лицо выражало абсолютное спокойствие, но я видел, как побелели пальцы, сжимающие край простой картонной коробки. — Мама, я всё решил, — чеканно произнес я, старается удержать голос в пределах нормы...

Попрощавшись с умирающим мужем, Анна вышла из больничной палаты и медленно побрела по длинному коридору. Ноги были ватными, в ушах стоял тихий писк аппаратов, к которому она так и не смогла привыкнуть за эти страшные полгода...