— Ты вообще меня слушаешь? Я сказал, плинтус кладём вдоль окна, а не поперёк! — Виктор ткнул пальцем в угол, где лежали упаковки светлого ламинированного плинтуса. — Виктор, мы уже обсуждали это с мастером. Поперёк удобнее, там труба идёт, — она говорила спокойно, но голос уже дрожал от усталости, накопившейся за месяц ремонта. — Мастера твои дурака валяют, а я в этой квартире хозяин, я сказал, значит, так и будет! Галина опустила нож на подоконник, засыпанный шпаклёвочной пылью, и несколько секунд просто молчала, разглядывая мужа...

— Катя, открывай быстрее, мы приехали. Голос сестры из-за двери звучал так, будто она имела на это полное право. Екатерина Петровна стояла в прихожей босиком, прижимая к груди чашку с остывшим чаем, и слушала, как за дверью возятся, шаркают, переговариваются несколько голосов сразу. Был субботний час, ещё не полдень, солнце только начинало пробиваться сквозь занавески, и она собиралась провести этот день так, как проводила почти все свои свободные дни. С книгой, с тишиной, с чашкой чая, которая теперь остывала в её руках без всякой пользы...