Пастернак говорил, что глядя на вмерзшие баржи на Каме, он всё время думает о Цветаевой. 13 лет между ними длился странный и болезненный эпистолярный роман — без встреч. 8 сентября 1941 года Пастернак пришел проводить Цветаеву и ее сына Мура (Георгия, хотя Цветаева сначала хотела назвать его Борисом) в Елабугу. Через месяц ему в Москву пришли новости о самоубийстве Ц.: «...Вчера ночью Федин сказал мне, будто с собой покончила Марина. Я не хочу верить этому. <…> Если это правда, то какой же это ужас! <…> Какая вина на мне, если это так! Это никогда не простится мне»...