Басов провел Киру через служебный коридор в небольшую комнату, расположенную довольно далеко от банкетного зала. Судя по скромной обстановке, помещение предназначалось для персонала ресторана, хотя к празднику его тоже успели украсить мишурой и бумажными снежинками, вырезанными чьими-то старательными руками. Дополняли праздничную картину две почти опустевшие бутылки виски, стоявшие на небольшом столике. Рядом на стуле расположился Никита Валерьевич, который находился в таком состоянии, что даже сидеть прямо ему удавалось с большим трудом...

- Ты зачем это сделал? Голос Ульяны прозвучал ровно, без истерических нот. Она стояла на пороге переоборудованной под мастерскую бывшей детской комнаты, держась побелевшими пальцами за дверной косяк. С кухни доносился запах жареной колбасы и растворимого кофе. Заскрипел стул. В коридор неторопливо вышел Павел. На нем были старые спортивные штаны с вытянутыми коленями и чистая, тщательно выглаженная Ульяной с вечера футболка. Он вытирал губы бумажной салфеткой. - Что именно я сделал, Уля? - спросил он тоном человека, который разговаривает с неразумным ребенком...