В позднем СССР слово «фарца» было паролем. Его произносили вполголоса, без лишних уточнений: если понимаешь, значит, «свой». На витринах мог быть приличный костюм и одинаковые ботинки, но у кого-то вдруг появлялись настоящие джинсы, пластинка свежего западного альбома или кроссовки «как в кино». И почти всегда за этим стоял не магазин, а человек с быстрым взглядом и ещё более быстрыми связями. Фарцовщики не были обычными торговцами и не были криминальными героями. Они возникли как ответ на дефицит, на закрытость страны и на спрос, который официальная торговля не умела закрыть...