Мне было шестьдесят восемь, когда я впервые в жизни взял в руки расчёску не для себя. В первое утро я довёл обеих внучек до слёз. Всю жизнь я проработал сварщиком, руки у меня соответствующие: широкие, жёсткие, с рубцами от окалины, и мелкой работы они за всю мою жизнь не знали никогда. Жена моя над этими руками посмеивалась. Говорила, что я могу поднять холодильник и не могу застегнуть ей замочек на шее, и в общем-то была права. Женился я рано, дочь у нас единственная, Оля, и в её детстве косами занималась жена, а я в это дело не лез и, честно говоря, даже не приглядывался...