Семь лет назад, в один из серых ноябрьских вторников, мама позвонила мне. Сквозь электронный гул, кашель чужих людей и металлический голос из репродуктора, монотонно объявляющий: «Талон П-пятнадцать, пройдите в окно номер шесть», – пробился ее бодрый, почти праздничный тон. - Светик, мы тут с Павликом в МФЦ сидим, документы на регистрацию подаем. Дарственную оформили на бабушкину квартиру. Ты же не в обиде? Ему сейчас нужнее, он же мужик, семью строить надо. А тебе мы потом, чуть попозже купим квартиру, обязательно скинемся и поможем...

Юрмальский ветер холодком пробежал по открытой террасе роскошной виллы, заставив Лайму зябко поежиться и плотнее запахнуться в эксклюзивный дизайнерский плед. В воздухе пахло соснами, Балтийским морем и надвигающейся финансовой катастрофой. До эпохального фестиваля «Рандеву» оставалось менее двух недель, когда на сцене легендарного зала «Дзинтари» должны были заблистать звезды — те самые, что со светлыми лицами, что сбежали от «кровавого режима», что гордо несли по израильским заграницам звание иноагентов… ​Всё было продумано до деталей...