– Пап, а мама когда приедет? Я отложил ложку. Каша на плите ещё булькала. Дочка смотрела на меня снизу вверх, и в её глазах было столько надежды, что у меня перехватило горло. Ей было четыре. Она уже не помнила Лену толком, но слово «мама» откуда-то знала. Может, в садике услышала. Может, от соседских детей. – Мама уехала, Полинка. Далеко. Я сказал это спокойно. Как говорил уже сто раз. Но руки на ободах коляски сжались так, что побелели костяшки. Семь лет назад я попал в аварию. Грузовик вылетел на встречку...