– Бабуль, только ты маме не говори, что я так и не стала тебя рисовать, – попросила Кира, торопливо закрывая альбом. – Она вчера сказала, что без тебя наша семья неправильная. А я не знаю, куда тебя нарисовать. Я сидела на маленьком стульчике возле школьного шкафа и никак не могла понять, что такого страшного внучка изобразила на уроке рисования. В тот день я пришла за ней после занятий. Пока Кира собирала вещи, учительница предложила посмотреть детские работы. Ребята рисовали свои семьи, и рисунки лежали на большом столе возле окна...

На первое в своей жизни родительское собрание, в конце сентября, Ксения Олеговна пришла за час. Пришли к ней двадцать шесть бабушек и пара дедов. Родителей не было ни одного. — А мамы где? — растерянно спросила Ксения Олеговна, стоя у доски. — На работе, — хором ответили с задних парт. — Четверг же. Рабочий день. Собрание назначили на рабочее время, потому что так велела завуч. Ксения Олеговна, двадцать с небольшим, первый год в школе, первый собственный класс, третий «Б», спорить с завучем не стала...