Прошёл месяц после того, как я высадила свекровь на заправке. Барсик поправился. Ухо зажило, но кончик так и остался чёрным — обморожение. Ветеринар сказала: «Шрам воина». Барсик носил его с достоинством. Олег ходил виноватый. Мыл посуду, пылесосил, по утрам варил мне кофе — причём настоящий, в турке, а не как раньше — растворимый с видом благодетеля. Я принимала это как компенсацию, но не как прощение. А вот Галина Ивановна не успокоилась. --- Первый звонок придёт через неделю. — Олежек, — голос её дрожал...