В июне, когда Лера, обливаясь потом в тесной примерочной свадебного салона на Кузнецком, вдруг поймала в зеркале свое отражение она не узнала себя. Из зеркала на нее смотрела худая шатенка с огромными, как блюдца, глазами, в которых плескался не восторг, а загнанная вглубь паника. Платье было тяжелым, с жестким корсетом, который впивался в ребра, и многослойной юбкой, шуршащей при каждом движении, словно потревоженная змея. – Ну что, Лерусь, берем? – мама всплеснула руками. – Красавица! Павлик ахнет...

Воскресные обеды в загородном доме моих свёкров всегда напоминали хорошо отрепетированную театральную постановку. В главной роли — Валерий Петрович, бывший чиновник средней руки, а ныне «уважаемый бизнес-консультант» и по совместительству самопровозглашённый патриарх семейства. В роли безмолвной декорации — его супруга Елена Сергеевна. Мой муж Артём обычно играл роль послушного зрителя, а мне отводилась роль «молодой и неопытной невестки», которую периодически нужно наставлять на путь истинный. Я долго терпела...