"Мастера и Маргариту" часто вспоминают как роман про дьявола, любовь и чудо. А я каждый раз слышу в нём другое: тяжёлый разговор о трусости, который держит читателя крепче любой мистики. Я понимаю, почему этот роман обрастает легендами. В нём есть Воланд, бал, полёт, чёрный юмор, московский абсурд, фразы, которые давно ушли в народ. Всё это блестит. Всё это легко любить. Но если снять с романа привычный праздничный слой, останется вещь куда менее удобная: история о том, как люди снова и снова...