Лена смотрела, как её старший сын, Глеб, учит Егора завязывать шнурки. Одному одиннадцать, другому шесть. Смешные такие! Глебка весь в отца — рассудительный, спокойный, а Егорка ещё носится, как электровеник, и вечно у него шнурки болтаются, как сопли. Квартирка у них однокомнатная, но уютная, без кричащей нищеты. Денег в обрез, но они с Андреем как-то так ловко научились их распределять, что хватало и на секцию по плаванию Глебу, и на вкусняшки Егору. И даже в отпуск раз в год к морю выезжали, пусть и дикарями, в палатку...

— Матвей, не отвлекайся! Что такое синус? Ну-ка быстро, формулу! Голос Ирины Борисовны звенел в детской как натянутая струна. Шестилетний Матвей сидел за столом, сжимая в вспотевшей ладошке карандаш, и смотрел на карточки с математическими знаками. Глаза у него слипались, нижняя губка дрожала. — Бабушка, я не помню... можно я попозже? Я устал... — Никаких «попозже»! — Ирина Борисовна хлопнула ладонью по столу так, что карточки подпрыгнули. — Ты что, хочешь вырасти дворником? У тебя уникальные способности,...