Золовка считала, что я живу слишком хорошо для разведёнки, и подговорила родню потребовать мою долю. Я пришла на семейный совет с диктофоном
– Регина, в субботу приезжай к маме. Семейный разговор. Насчёт квартиры. Голос Дианы в трубке звучал так, будто она уже всё решила. Не приглашала – распоряжалась. Как на планёрке в своей конторе, где она работала старшим менеджером и привыкла, что все кивают. Я молча потёрла висок. Суббота. Семейный разговор. Насчёт квартиры. Моей квартиры. Той самой, которую я купила в двадцать девять лет. На свои деньги. За год и два месяца до того, как вышла замуж за Глеба. Ипотеку оформила сама, платила сама – по двадцать три тысячи в месяц, пять лет подряд...