Галина согласилась на всё, что требовал муж, и сама назвала нотариуса, у которого предложила подписать бумаги. Он пришёл с новой женой, уверенный в победе. Хватило одной фразы, чтобы они перестали улыбаться. Галина достала с антресоли синюю папку с резинкой и положила на кухонный стол. Папку она не открывала четырнадцать лет. Резинка высохла и потрескалась, как старая кожа. Галина сдвинула её пальцем, и та рассыпалась на два куска, один упал на пол. Она не стала поднимать. - Мам, ты чего в такую рань? - Вера стояла в дверях, в футболке до колен, с растрёпанной косой...

Глеб требовал признать кредит на миллион двести общим долгом и клялся, что деньги ушли на ремонт. Нелли знала, что ремонта не было. А потом на даче у матери нашёлся его старый ноутбук с отклеенной наклейкой на крышке. Ноутбук лежал на заднем сиденье, завёрнутый в мамино банное полотенце с жёлтыми утками. Нелли трижды за дорогу оборачивалась проверить, не съехал ли он на пол, хотя машина шла ровно и на светофорах она тормозила так мягко, будто везла торт. До суда оставалось сорок минут. Она припарковалась у торгового центра напротив, заглушила мотор и не стала выходить...