Девушка с планшетом шагнула от стойки прямо Ирине навстречу и встала поперек дорожки, по которой только что прошли трое мужчин в смокингах. Взгляд у нее был быстрый и цепкий: он прошелся по темно-синему платью, задержался на простых туфлях без логотипа и вернулся к лицу уже с готовым приговором. – Простите, вам здесь не место! – сказала она громко, чтобы слышали все, кто стоял сзади. – Это закрытая вечеринка, по спискам. Ярмарка мастеров была на прошлой неделе, в соседнем корпусе. За спиной кто-то хмыкнул...

Галина согласилась на всё, что требовал муж, и сама назвала нотариуса, у которого предложила подписать бумаги. Он пришёл с новой женой, уверенный в победе. Хватило одной фразы, чтобы они перестали улыбаться. Галина достала с антресоли синюю папку с резинкой и положила на кухонный стол. Папку она не открывала четырнадцать лет. Резинка высохла и потрескалась, как старая кожа. Галина сдвинула её пальцем, и та рассыпалась на два куска, один упал на пол. Она не стала поднимать. - Мам, ты чего в такую рань? - Вера стояла в дверях, в футболке до колен, с растрёпанной косой...