Кирилл разгладил ладонью на моей клеёнке лист с графиком платежей и придвинул ко мне свою ручку. «Нина Андреевна, это формальность, — сказал он. — Банку нужна ваша фамилия в одной строчке». В графике было триста строк, по одной на каждый месяц двадцати пяти лет, и в каждой стояло: пятьдесят две тысячи рублей. Мне пятьдесят один год, двадцать шесть из них я работаю процедурной медсестрой и привыкла: что не записано в журнале, того как будто не было. Квартиру, которую присмотрели дети, продавали за шесть миллионов четыреста тысяч...