Просыпаюсь на следующее утро от тишины в доме – той особенной, утренней, когда ещё не слышно ни шагов, ни голосов, только лёгкий свет пробивается сквозь неплотно задёрнутые шторы, ложась неровной полосой на смятое одеяло. Живот за последние недели вырос настолько, что перевернуться на другой бок удаётся только с третьей попытки, да и то с лёгким кряхтением. Егор уже ушёл на работу, а двойняшки ещё не встали. Взгляд падает на часы – девять. На секунду закрадывается соблазн просто полежать ещё немного, укрывшись одеялом с головой, но список дел слишком длинный, чтобы позволить себе такую роскошь...