Патриарх Кирилл произносит это с трибуны уверенно и торжественно: русский народ хранит свою историческую культуру, православие — его исконная духовная основа, а те, кто обращается к вере предков, занимаются "суррогатами". Красиво звучит. Только вот история — если читать её не по учебникам, а по соборным документам — рассказывает несколько другую историю. И я хочу её рассказать. Не ради скандала. Ради честности перед прошлым. Начну с простого вопроса: если христианство так органично вошло в жизнь...

Как получилось, что учение простого плотника из Назарета, призывавшего к любви и внутреннему освобождению, превратилось в мощный государственный механизм подавления, страха и покорности? Почему люди, которые изначально собирались в скромных домах и делились последним куском хлеба, спустя несколько веков начали отправлять на плаху тех, кто молился чуть иначе? Эта загадка давно не давала мне покоя, когда я всматривалась в туманное прошлое нашей цивилизации. Мы привыкли думать, что религиозные догмы падали с небес уже в готовом виде, чистые и неоспоримые...