— Возвращаю вам сына вместе с вашими деньгами! — ледяным тоном произнесла я в трубку, глядя, как муж пытается запихнуть в чемодан кроссовки, которые не влезали из-за горы неглаженных футболок. — Ты снова перевел мне на карту ровно сорок тысяч, Артем? А где остальное? Мы же договаривались, что в этом месяце закроем досрочно часть ипотеки! Марина швырнула смартфон на кухонный стол. Аппарат проехал по клеенчатой скатерти и едва не сорвался в бездну за кухонным плинтусом. Экран угрожающе мигнул уведомлением о низком заряде, словно подчеркивая общее истощение их семейного бюджета...

За окном их новой московской квартиры неистовствовал ноябрьский дождь, размывая огни мегаполиса в тусклые, дрожащие пятна. Маша прижала ладони к щекам. Кожа горела. Она только что закончила гладить белоснежную рубашку Вадима — ту самую, с перламутровыми пуговицами, которую он купил специально для сегодняшнего торжества. На кровати лежало её платье. Небесно-голубое, шелковое, купленное на скопленные с «цветочных» денег средства. Маша полгода подрабатывала флористом в небольшом магазинчике у метро, чтобы не просить у мужа на «излишества»...