Евгений Николаевич сбросил скорость у одинокого перекошенного домика, притулившегося на обочине, и заглушил двигатель. Он выбрался из машины, огляделся, словно сверяясь с памятью, и коротко кивнул. — Кажется, мы на месте, сказал он дочери Наде. Надя всё это время приникала к окну и с непонятным волнением рассматривала холмы, серую каменистую колею, лесной край и небо, которое здесь казалось выше и чище. Она отстегнула ремень, выпрыгнула на грунтовку и сразу же обернулась, поражённая. Дом, к которому...