Лада как раз стояла в недостроенной веранде и обтирала ладони ветошью, когда за спиной раздалось знакомое покашливание. Оборачиваться она не стала — и так знала, кто там топчется. Глеб, муженёк, опять прикатил на участок с ревизией, а с ним, разумеется, и маменька его, Тамара Аркадьевна, которая в последнее время держалась так, будто особняк уже переписан на её имя. Лада выдохнула и вернулась к размешиванию шпаклёвки. Их набегам она давно не удивлялась, однако всякий раз внутри поднималась глухая, изматывающая тоска...