За окном элитного подмосковного коттеджа выл ноябрьский ветер, бросая в стекла горсти мокрого снега. Внутри дома пахло дорогим парфюмом, антисептиком и тем специфическим ароматом увядания, который не замаскировать никакими освежителями воздуха. Тамара Игоревна, некогда статная и грозная женщина, чей голос заставлял подчиненных в министерстве вытягиваться во фрунт, теперь казалась лишь бледной тенью самой себя. Она полулежала на подушках в своей огромной спальне, и её костлявые пальцы судорожно комкали край шелкового одеяла...

Зима в деревне — это не картинка с открытки. Это черно-белая тоска, сугробы по пояс и тишина, от которой звенит в ушах. Я живу тут всю жизнь. Сорок лет баранку крутил на лесовозе, теперь на пенсии. Хозяйство небольшое: куры, дрова, печь. Интернета нет, телевизор ловит два канала, да и те с рябью. Единственная живая душа рядом — Полкан. Огромная помесь алабая с дворнягой. Пес суровый, но свой. Я его щенком с лесосеки привез, выкормил. Он за меня любого порвет, я это знал точно. Полкан жил вольно, цепи не знал, двор охранял на совесть...