Если тебе сказали, что лаборатория X мертва — значит, ты ещё снаружи. Если сказали, что она зачищена — значит, тебя туда ведут. Правда в том, что лаборатории X не существуют как места. Они существуют как след. В голове. В теле. В том, как ты начинаешь сомневаться в собственных шагах. Я спускался туда не впервые. И всё равно каждый раз казалось — в первый. Вход в лабораторию — всегда унизительный. Не героический. Не эффектный. Ты не вламываешься — ты просачиваешься. Люк был полуоткрыт. Так и должно быть...