Я вижу женщину. Я вижу ЕЁ. Ту, которая слишком долго была сильной. Слишком долго, настолько долго, что это слово — «сильная» — уже стерлось до дыр на её собственной душе. Слишком долго она держала на своих плечах груз, который был предназначен для армии, а не для одних хрупких, но таких цепких рук. Я слышу, как внутри неё что-то закипает, как поднимается тот самый ком, который она так долго глотала. Она разрешает себе сейчас… просто быть. Быть здесь. В этом моменте истины. [Откашливается] Я прочищаю горло, потому что слова застревают...